mls2000 (mls2000) wrote,
mls2000
mls2000

Другие ошибки, допущенные при социализме

Наряду с основной ошибкой развития общества при социализме, рассмотренной выше, http://mls2000.livejournal.com/7915.html, был допущен ряд других политических и экономических ошибок, которые хотя и были менее значимыми, однако тоже сыграли свою негативную роль.
Политические ошибки
К политическим ошибкам, совершенным за годы Советской власти, следует отнести ошибки, следствием которых стало изменение политического строя страны. Ниже приведены наиболее значимые.
Одной из важнейших политических ошибок было сохранение структуры СССР как государства, в котором объединены национальные республики, которые имели право выйти из состава страны, чем они и воспользовались в 90-е годы, когда начался «парад суверенитетов», приведший к ликвидации СССР.

Следует напомнить, что к царской России практически все народы присоединялись добровольно, ища в России защиту от внешней экспансии. Для некоторых народов, например, для армянского, это была единственная возможность спастись от физического уничтожения, события 9 апреля 1915 года показали это со всей очевидностью. Тогда турецкое правительство, проводившее по отношению к армянам политику геноцида (армянская буржуазия к этому времени владела 47 банками из 51, имевшимися в Турции), специальным распоряжением приказало местным властям осуществить массовое истребление армян. В один день турками было уничтожено 1,2 миллиона армян, включая женщин и детей. Всего за 1915-1916 гг. было уничтожено более 1,5 миллионов армян, а 600 тысяч угнано в пустыни Месопотамии, где большинство из них погибло. 300 тысяч армян нашли убежище в России.
Россия никогда не была «тюрьмой народов», как это утверждала советская историография, наоборот, царское правительство сохраняло весь уклад жизни присоединившихся народов, включая общественную иерархию и вероисповедания, и оказывало защиту от внешних посягательств, но бдительно следило за тем, чтобы после такого воссоединения никакие националистические устремления не посягали на целостность страны. Поэтому никаких «автономных» или «союзных» республик в России не было, а были Эриванская губерния (позже - Армянская социалистическая республика), Тифлисская губерния (позже - Грузинская социалистическая республика) и т. д.
Образованный 30 декабря 1922 г. СССР сразу был ориентирован на союз равноправных независимых республик со «свободой выхода из союза» [5]. В разные периоды времени с 1919 по 1930 гг. был образован ряд автономных советских социалистических республик (всего 16 в РСФСР и 4 в республиках), автономных областей (всего 5 в РСФСР и 2 в республиках), национальных округов (всего 10 в РСФСР), не имеющих, правда, права свободного выхода из своих республик. Все это в дальнейшем позволило поднять голову национальной буржуазии, способности которой явно были недооценены и кланы которой сохранились еще от дореволюционных времен, во многом вошедшей в состав государственной и партийной номенклатуры и переориентировавшейся на автономию, как только это стало возможным в 90-е годы. В результате из 89 субъектов Федерации автономными правами в настоящее время обладают 48.
В более поздние времена, уже при Горбачеве национализм стал развиваться усиленно. Так, например, спираль межнациональных конфликтов стала раскручиваться после армянского погрома с десятками убитых в Сумгаите. Вместо того чтобы придать этому событию общесоюзное значение и в точном соответствии с Уголовным кодексом Азербайджанской ССР расстрелять несколько десятков мерзавцев, Горбачев ограничился партийными взысканиями. После этого националистам всех мастей стало ясно, что в СССР все дозволено
В дальнейшем, после восстановления СССР как союзного государства, государственное устройство должно быть пересмотрено в пользу организации унитарного государства с делением на экономические районы, поскольку только так может быть развито и сохранено социалистическое государство с единым народно-хозяйственным организмом и иерархической организацией системы управления.
Второй ошибкой, носящей идеологический характер, но приведшей к серьезнейшим политическим последствиям, было так называемое «разоблачение культа личности Сталина», начало которому было положено докладом под названием «О культе личности и его последствиях», сделанным Первым секретарем ЦК КПСС Н.С.Хрущевым на ХХ съезде КПСС в ночь с 24 на 25 февраля 1956 г., т. е. спустя три года после смерти Сталина. Это «разоблачение», сплошь состоявшее из клеветнических утверждений, привели к очернению Советского Союза и социализма в целом и сыграли немалую роль в подготовке ликвидации самой КПСС, Советского Союза и всей мировой системы социализма.

О том, что сама постановка проблемы «культа личности Сталина» изначально носила откровенно клеветнический характер, написано немало статей и книг (см., например, [6-8]). Отметим лишь, что именно «разоблачение культа личности Сталина» привело к идеологическому крушению социализма, к подъему националистических и псевдодемократических настроений и, в конце концов, к поражению социализма во всем мире.
В перспективе восстановление правды об И.В.Сталине должно стать одним из главных направлений восстановления коммунистической идеологии.
Третьей ошибкой, которую тоже можно считать ошибкой политической, являлось предоставление КПСС полномочий по оперативному управлению хозяйственными учреждениями, что привело к смешению функций партийных и государственных органов, к подрыву их ответственности и к усилению бюрократизма в госаппарате [9]. Руководящие работники исполкомов вместо самостоятельного решения вопросов оглядывались на обкомы, органы партии, ожидая по каждому случаю специальных указаний. Такое положение порождало также и некоторую безответственность местных партийных руководителей, поскольку они считали себя ответственными только перед коммунистами.

Уже в январе 1944 г. И.В.Сталиным была предпринята попытка «.покончить с установившейся вредной практикой дублирования и параллелизма в руководстве хозяйственным и культурным строительством со стороны местных партийных и государственных органов, с неправильной практикой подмены и обезличивания государственных органов и полностью сосредоточить оперативное управление хозяйственным и культурным строительством в одном месте - в государственных органах», а также «упразднить в горкомах, окружкомах, обкомах, крайкомах, ЦК компартий союзных республик должности заместителей секретарей по отдельным отраслям промышленности, торговли, транспорта и сельского хозяйства, а также соответствующие отделы партийных органов», что означало фактически отстранение КПСС от непосредственного руководства народно-хозяйственной деятельностью. Этого не получилось, попытка избавиться от всепроникающего влияния партии, которая из передовой, революционной переродилась в партию бюрократии, провалилась. Впоследствии это привело к тому, что именно переродившаяся, но по-прежнему всесильная КПСС подготовила контрреволюционный переворот в стране.
В будущем, после восстановления социализма задачи и функции руководящей страной коммунистической партии должны быть переосмыслены:              партия              должна              заниматься
идеологией, воспитанием и расстановкой кадров, разделяющих эту идеологию, а не хозяйственными проблемами.
Экономические ошибки
К экономическим ошибкам следует отнести те, которые приводили к торможению развития производительных сил при социализме.
Анализ советской экономической системы и причин относительного ухудшения экономической ситуации в 60-е - 80-е годы приведен в книге И.А.Апокина «Реформы в России» [10, с. 9-58]. Ниже приводится почти дословный текст из этой книги.
Опираясь на фактическое положение дел, можно четко констатировать наличие двух этапов развития советской экономики - в 30-е - 50-е годы и 60-е - 80-е.
В 30-е - 50-е годы, опираясь исключительно на внутренние ресурсы (курсив мой - В.А.), удалось осуществить модернизацию экономики, создав современную - для того уровня - промышленность, выиграть в техническом отношении (по качеству и количеству вооружений) войну 1941-1945 гг. против наиболее мощной в промышленном отношении европейской державы (Германии), использовавшей также промышленный потенциал других развитых стран континентальной Европы (Франции, Чехии, Бельгии и др.), в кратчайшие сроки восстановить разрушенное военными действиями на территории СССР народное хозяйство и выйти на рубеже 60-х годов на передовые позиции в мире в ряде наиболее сложных в технологическом отношении отраслей экономики (авиация, ракетно-космическая техника, атомная энергетика, гидро- и теплоэнергетика и пр.).
По сравнению с 1928 г. валовой национальный продукт (ВНП) вырос к 1960 г. минимум в 3,5 раза и по наиболее достоверным оценкам (статистика ООН, подсчеты ЦРУ США и независимых исследователей) составил в 1960 г. 40% от ВНП США. В пересчете на душу населения - 33%. Несмотря на значительно меньшие экономические возможности, были достигнуты сопоставимые с США результаты по двум другим фундаментальным параметрам. Средней продолжительности жизни (в 1958 г. 68 лет в СССР и 69 в США) и уровню образования населения. Уровень школьного образования был выше, чем в США, а численность студентов высших и средних специальных учебных заведений в пересчете на 1000 человек населения больше, чем в США (соответственно 19,4 и 18,6 в 1958-1959 учебном году). Можно добавить к этому, что оборонительный потенциал СССР в 1960 г. был достаточен для нанесения неприемлемого ущерба любому противнику (включая любую коалицию стран), что делало нападение на СССР невозможным.
Эти данные полезно сравнить с показателями 1913 г. По зарубежным оценкам национальный доход Российской империи составлял 21% американского, в пересчете на душу населения - 12%. При оценке приблизительно троекратного роста последнего показателя к 1960 г., наверное, нелишне напомнить, что для Российской империи и СССР две мировые войны и гражданская война сопровождались значительным падением производства, а в США во время мировых войн производство росло особенно быстро. По уровню образования и средней продолжительности жизни США значительно превосходили Россию, а об ее обороноспособности можно было судить по русско-японской войне 1904-1905 гг.
В начале 50-х годов была в основном решена проблема дефицита потребительских товаров. Была обеспечена товарноденежная сбалансированность, казавшаяся дотоле недостижимой. Если с 1928 по 1950 г. розничные и оптовые цены выросли примерно в 12 раз, то в 1951 - 1956 гг. розничные цены снизились, а оптовые стабилизировались. Во второй половине 50х произошел лишь небольшой рост цен.
По самым осторожным оценкам советская экономика по ее итогам к 1960 г., основанная на государственном планировании и исключающая частную инициативу, продемонстрировала более высокую эффективность, чем рыночная экономика великих держав Западной Европы - Германии, Великобритании и Франции. Российская империя (СССР) в 1913 г. уступала по объему национального дохода и Германии и Великобритании, а в 1960 г. ее национальный доход был приблизительно равен совокупному национальному доходу этих стран. В 30-е - 50-е годы был осуществлен модернизационный рывок, второй после реформ Петра Великого, и более впечатляющий, чем быстрое экономическое развитие России в 1909-1913 гг., происходившее в мирное время и в первую очередь за счет французских займов и иностранных инвестиций (1/3 всех капиталовложений) и не создавших передовых для того времени отраслей, таких как электроэнергетика и машиностроение.
Успешное развитие экономики имело место, несмотря на ряд крайне ошибочных политических, экономических и военнополитических решений руководства страны в 30-е - 50-е годы, нанесших существенный ущерб народнохозяйственному развитию. К ним относятся методы проведения коллективизации, которая являлась одним из ведущих условий модернизаций экономики (неправомерен вопрос - какой была бы советская экономическая система без коллективизации; ее бы просто не было), политика репрессий 1937 г., нанесшая удар по кадрам руководителей производства в центре и на местах и инженерноконструкторским кадрам.
В 60-е - 80-е годы имеет место вторая фаза развития советской экономики, которая характеризуется все более сокращающимися темпами роста, а в 1990-1991 гг. - экономическим кризисом, причины которого лежат как в экономическом курсе правительства, так и в чисто политической плоскости, включая национальные конфликты и растущее противостояние органов власти, в первую очередь РСФСР и СССР.
Формально (по темпам роста) экономика СССР в 60-е - 80-е годы развивалась, по меньшей мере, ничуть не медленнее, чем в странах Запада (если не относить в Западу Японию, где в это время наблюдался феноменальный экономический рост). Об этом свидетельствуют не только требующие существенной коррекции макроэкономические данные советской статистики, но и все оценки международных и национальных зарубежных аналитических центров.
Однако в отличие от 30-х - 40-х годов, когда акцент был сделан на наиболее передовые в то время отрасли производства, в 60-е - 80-е годы имеет место прогрессирующее отставание советской экономики в большинстве новейших отраслей научнотехнического прогресса (НТП), особенно в технологии электронных схем, определяющей возможности и качество самой различной электронной аппаратуры как промышленного, так и бытового назначения. Наиболее важным и тревожным обстоятельством было растущее отставание в компьютерной технологии, возглавившей в последние десятилетия ХХ в., научно-технический прогресс.
По сравнению с западной рыночной экономикой советская экономическая система имела принципиальные, органически присущие ей достоинства и недостатки. Достоинств, способствовавших экономическому и научно-техническому развитию, по большому счету было два:              потенциальные
возможности оптимального стратегического планирования экономического развития, концентрации усилий на избранных направлениях; потенциально более высокая заинтересованность работающих в развитии экономики и использовании ее результатов на благо общества. На ранней стадии развития социализма оба эти достоинства использовались весьма эффективно. Это и стахановское движение, бесчисленные предложения граждан по улучшению производственноэкономических вопросов и многие другие проявления неравнодушия граждан к экономическому развитию страны. Это и щекинский метод совмещения профессий, динамовский метод учета реальной производительности работников, бригадный подряд, эти методы реально использовали товарно-денежные отношения социализма, пока такие отношения существовали. Но эти методы вошли в противоречие с принятой практикой планирования.
Сохранение без изменений производственных отношений социализма в части личной собственности на предметы потребления и товарно-денежных отношений в сфере потребления (предметы потребления и услуги) при общем росте экономики привели к серии последствий, которые и явились причинами последующего ухудшения экономической обстановки в стране. Этими последствиями были:
растущее несоответствие между денежной массой и предложением товаров и услуг;
падение трудовой и исполнительской дисциплины;
дефекты планирования, ориентированного на «планирование от достигнутого», на показатели объема валовой продукции с привязкой зарплаты к валу, на «освоение» отпущенных средств (т. е. на их растрату); сама система планирования оказалась консервативной и несоответствующей требованиям научно - технического прогресса.

Все вместе это явилось результатом незаинтересованности работников всех категорий в развитии страны в целом и, наоборот, заинтересованности в росте личного благополучия, включая и затрачиваемые личные усилия, при все меньшей заинтересованности в росте благополучия страны в целом.
Равновесие между денежной массой и предложением товаров и услуг, достигнутое в 50-е годы, стало постепенно нарушаться в последующий период. С 1971 по 1985 г. выпуск товаров потребления вырос в два раза, а количество денег в обращении в 3,1 раза. При Горбачеве эмиссия необеспеченных товарами и услугами денег резко возросла, особенно после создания кооперативов на предприятиях, создавших возможность перевода безналичных средств в наличные, и введения хозрасчета, нормативы которого позволяли предприятиям увеличивать фонд зарплаты в несколько раз быстрее, чем росла реальная производительность труда. В результате в 1988 г. эмиссия удвоилась по сравнению с 1987 г., а по сравнению со среднегодовой в 1976-1980 гг. возросла в четыре (!) раза. В конечном счете, в 1991 г., когда разрыв между спросом и предложением достиг апогея, продовольственные товары вообще исчезли из магазинов. Это дало повод Гайдару в 1992 г. выдать за особое достижение возвращение товаров в магазины в результате отмены контроля над ценами. Цены возросли значительно, тем самым были приведены в соответствие количество товаров и услуг с наличной денежной массой.

Однако этого вовсе не нужно было делать, т. к. достаточно было провести денежную реформу, замораживающую зарплату и устанавливающую такие цены, чтобы суммарный объем выпускаемых товаров и услуг превышал сумму денежных доходов. Для этого нужно было не увеличивать денежные доходы, а, ограничиваясь коррекцией заработной платы, не повышая ее, ежегодно снижать цены по мере снижения себестоимости (так было в свое время сделано при И.В.Сталине: с 1947 по 1952 г ежегодно 1 марта снижались цены на многие потребительские ходовые товары от 10 до 30%). К тому же политику укрепления рубля и неизменных зарплат проще проводить, чем политику роста доходов и цен.
Вместо этого правительство, увеличивая эмиссию, постепенно создало чудовищный дефицит и нашло нелепый выход из положения в более лучшем снабжении одних городов, в первую очередь, Москвы, и явно неудовлетворительном снабжении других, а также в изобильном (по сверхнизким ценам 20-х годов) обеспечении партийно-государственного руководства через сеть спецмагазинов. В масштабе страны расходы на это были незначительными, но само фактическое положение дел раздражало население. В итоге дефицит подорвал доверие значительной части населения и к политике правительства и к официальной пропаганде.
Постепенная смена общественных интересов на личные привела к тому, что в 60-е - 80-е годы постепенно падала дисциплина на всех уровнях - от руководителей министерств и ведомств до рядовых работников. Личные качества руководителя страны - Л.И.Брежнева оказывали стимулирующее влияние на этот процесс. Либерализм Брежнева не имел границ, не имело границ и падение дисциплины. Это естественным образом отражалось на качестве продукции. Проверка на 33 предприятиях в 1985 г. показала, что 80% продукции не соответствуют государственным стандартам. Приняли массовый характер хищения на предприятиях и в торговле, но они фактически не пресекались.

На более высоком уровне - руководителей предприятий - упала исполнительская дисциплина. Годовые планы, а затем и пятилетние стали «корректироваться». Нарушение договорных обязательств между предприятиями влекло за собой цепь уже вынужденных нарушений других договоров. О постановлениях, наказывающих за невыполнение обязательств, забыли, и наказания свелись вскоре к лишению премий руководителей предприятий, а затем появилась «норма» недовыполнения обязательств (до 10%).
Растущая всеобщая безответственность многократно приумножала недостатки экономической системы. Рос объем не установленного оборудования: в 60-х годах он составлял 13% прироста промышленной продукции, в 1981 г. - 77%. Далее весь прирост стал равен приросту запасов товарно-материальных ценностей. У многих руководителей появилась уверенность в безнаказанности за невыполнение даже Постановлений Совмина. Стабильность кадров стал превращаться в несменяемость руководства.
Кратковременное правление Андропова показало, что все зависит от руководства. При нем повысилась дисциплина, и были наказаны особо обогатившиеся за счет государства. Но Андропов правил слишком малое время и не смог переломить ситуацию. При Черненко все вернулось на круги своя, а далее при Г орбачеве все вообще пошло в разнос.
Нет необходимости доказывать, что социалистическая система хозяйствования вовсе не должна способствовать безответственности, разгильдяйству и нарушениям трудовой дисциплины.
Превалирование личных интересов над общенародными и государственными повсеместно привело к тому, что к своим обязанностям многие стали относиться формально, без каких бы то ни было попыток улучшить ситуацию и как-то ее изменить в связи с новыми экономическими условиями. В планировании применялись методы, относительно пригодные для раннего этапа развития, но не годные в условиях развитого производства.

Одним из таких приемов было «планирование от достигнутого», в соответствии с которым планировалось увеличение объема выпуска продукции в будущем году на величину, пропорциональную объему продукции, выпущенной в прошедшем году. Получалась геометрическая прогрессия, в результате которой количество продукции разных предприятий, завязанных в общую технологическую цепь, не соответствовало друг другу. Эта диспропорция со временем приводила к недостаче одного вида продукции и к избытку другой. На самом деле планирование должно было учитывать реальную потребность в каждом виде продукции, здесь вполне может сложиться ситуация, когда одни предприятия не нужно развивать, поскольку их продукция уже выпускается в достаточном количестве, и наоборот, нужно ускоренно развивать другие предприятия, выпуск продукции которых недостаточен.
Ведущим показателем в системе экономического планирования вплоть до 1987 г. оставался выпуск валовой продукции (с 1965 г. - валовой реализованной продукции). Этот показатель отражал истинную картину экономического развития только в добывающих отраслях. Во всех остальных имел место повторный счет продукции, при котором предприятие отчитывалось за целое изделие по его стоимости, хотя в нее входила стоимость комплектующих, за которые уже отчитались другие предприятия. Это сразу же приводило к стремлению использовать наиболее дорогие комплектующие, в изготовлении которых предприятие, выпускающее изделие, никакого труда не вложило. Во многих случаях оказывалось выгодным потратить на изделие безо всякого реального повышения качества максимум дорогих материалов, поскольку стоимость изделия при этом возрастала и тем самым обеспечивался план.
Положение могло быть существенно исправлено, если бы предприятия отчитывались только за свой вложенный труд и если бы при этом планировалось снижение себестоимости продукции, но без снижения фонда заработной платы.
Личная материальная заинтересованность привела к некритическому отношению к научным исследованиям, как в естественнонаучных, так и особенно в политэкономических и экономических направлениях. Принадлежность к господствующим школам в определенной области стала гарантией личного успеха и продвижения по лестнице научных званий. При этом конкретные научные достижения все меньше принимались во внимание, и решения о поддержке того или иного направления принимались людьми, которые сами принадлежали к господствующей школе. Философские разработки все менее сопровождались методологическими рекомендациями, все более становилась абстрактными и оторванными от реальной действительности, и поэтому теряли престиж, особенно среди молодежи. Естественнонаучные направления, в основном повторяли одни и те же избитые истины, добытые учеными прошлых веков, за особые достижения выдавались абстракции и математические изыскания, якобы соответствующие природным процессам (пример - теория относительности Эйнштейна и философия квантовой механики).

Политэкономия остановилась на том месте, до которого ее довел К.Маркс, хотя общество в своем развитии существенно продвинулось вперед, и положения, открытые Марксом, нужно было развивать далее применительно к изменившейся обстановке. Вместо этого в политэкономии возобладали сплошной догматизм и начетничество, жонглирование цитатами из Маркса и Ленина к месту, а больше не к месту, всякие попытки продвинуться дальше пресекались. В экономике сплошь принимались решения, обоснованные совершенно недостаточно, как правило, они учитывали только ближайшие результаты от внедрения новшеств, но не учитывающие отдаленных негативных последствий, даже гибельных (примеры - гибель Аральского моря вследствие неконтролируемого разбора воды на мелиорацию, освоение целины без должной к этому подготовки). Тем же направлениям, которые реально определяли уровень экономики и возможность экономического соревнования с Западом, например, развитию вычислительной техники, не придавалось должного значения. Мало того, в ряде ведущих отраслей, в частности, в электронике, возобладали тенденции повторения зарубежных достижений, что принципиально обрекало нашу экономику на отставание. В послесталинские времена появился даже термин - «волюнтаризм», означающий принятие непродуманных и не обоснованных решений.
К подобным же ошибкам относится и планирование развития военной техники. Гонка вооружений, навязанная стране Западом, имела, конечно, своей целью экономическое разорение страны. Но этого можно было избежать, удерживая вооружения на уровне, достаточным для гарантированного нанесения возможному противнику поражения в случае военного конфликта. Для этого вовсе не нужно было иметь возможность уничтожения США, как главного потенциального противника, 37 раз (США могли уничтожить нас «только» 25 раз). Вполне достаточно было это сделать только один раз и иметь соответствующий уровень вооружения, учитывающий, конечно, возможные потери, необходимость регулярной модернизации и т.п. Остальные средства могли быть направлены на подъем всей экономики страны, что сделало бы ее примером для подражания во всем мире.
Все это говорит о том, что реальной методологии развития общества при социализме создано не было. Безусловно, это положение в будущем должно быть исправлено.



Источник: В.А. Ацюковский. Диалектический и исторический материализм и современность. М.: «Петит», 2005, 142 с.. 2005http://scibook.net/osnovyi-filosofii-knigi/drugie-oshibki-dopuschennyie-pri-30762.html
Tags: общество, экономика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments